Раса
Дракон-игниссер.

Имя
Нету у него своего имени, оно попросту забылось в спячке.
Представители других рас зовут его Коди, почему – будет ниже.

Возраст
Больше шести тысяч лет, как он высчитал сам по кольцам на отпавшей чешуе, хотя здесь и возможны ошибки. Проснулся 213 лет назад.

Внешность
Человеческая форма Коди не сильно примечательна по меркам двуногого вида. Разве что ростом он выделяется, да крепостью телосложения, в противовес большинству своих худощавых собратьев. Отдав жизнь ремеслу механика, инженера и кузнеца, другим не будешь. Правильные черты лица без особых примет, кроме оранжевых глаз с вертикальными зрачками, оставшимися в наследство от драконьей формы, черные волосы, бледная кожа. Как ни странно, загорать по-человечески любящий тепло и жар игниссер так и не научился, нося из-за этого в жаркие дни привезенную откуда-то с побережья Империи широкополую шляпу. Мазаться сметаной, обгорев на солнце в очередной раз, дракону стыдно.
На вид ему дают между тридцатью и сорока годами, вечно отрастающая щетина, грозящая перерасти в бороду, изрядно портит дракону аристократичность его внешнего облика, как и черные когти, которыми вместо ногтей оканчиваются пальцы.
Большинство драконов щеголяют самыми модными одеждами, но он никогда не следил за модой. Предпочитая неброскую, удобную и практичную одежду краскам парадных камзолов, Коди, впрочем, все-таки носит свой любимый серо-черный бархат. Довершают картину ножны с мечом, который металлическая цепочка приковывает к их навершию, символизируя скрытую агрессивность игниссера, и вечная сумка с бумагами и Праматерь ведает, чем еще.

  • Внешность в драконьем облике
Большой даже по драконьим меркам, от головы до кончика хвоста тринадцати метров длиной, Коди в истинной форме являет собой куда более впечатляющее зрелище. Гладкая черная чешуя переливается на солнце всеми возможными оттенками, создавая ощущение, что, даже неподвижный, дракон все еще движется. На чешуе остался мелкий узор из красных прожилок, украшающий все его тело, кроме чисто черных крыльев, не покрытых чешуей. К узорам Мастеров он не имеет отношения – слишком мелкий, Коди специально это узнавал, однако некоторые драконьи семьи в старину имели такой, наносящийся стихиями на чешую новорожденных. К сожалению, чтобы восстановить что-то по этому узору, надо знать его значение, а знающих сородичей дракону еще не встречалось.
На широкой голове, украшенной короной из рогов, горят огнем ярко-оранжевые глаза, буквально полыхающие, когда дракона обуревают эмоции. Полыхающие – это не шутка, даже в абсолютной темноте они излучают несильный, но свет.

Характер
Судьба несправедливо обошлась с ним, отняв почти всю память, но родная стихия по-прежнему дарит дракону свои особенности. Огонь непостоянен – это главное его свойство, и при этом стремится захватывать все новое сырье, чтобы любой ценой продолжать гореть. Так и этот дракон, едва проснулся, стремится узнать все новое и новое, и не просто узнать как какое-то отвлеченное знание, а сразу же пустить в дело. Даже совершенно не относящиеся к его основному занятию знания, вроде порядка чайной церемонии, исследуются со всех сторон, пробуются на зуб, на цвет и на запах, дополняя складывающуюся в драконьей голове картину мира.
Прожив многие сотни лет, Коди не чувствует себя старым. В нем полностью отсутствует обычная у многих драконов гордыня, черный игниссер не чувствует себя выше каких-то там других существ, живя среди них, и стремится узнать мир вокруг себя получше. Кто-то говорит, что драконы создали Анциум, что же, если даже и так, то никто не запрещал им его улучшать – и Коди занимается этим в меру своих драконьих сил, выбрав полем деятельности механику.
Неудержимый экспериментатор, он не позволяет неудачам осадить себя, продолжая идти вперед, иногда напролом, и вызывая к жизни все более необычные конструкции. Будь то техника, магия или простой ужин, Коди каждый раз способен удивить своего собеседника. Не всегда приятно, но… вечная жизнь для того и дана, чтобы пробовать, не боясь ошибок, разве нет?
Вспыльчивый, как и большинство игниссеров, этот дракон так же легко отходит от своего гнева. Иногда это бывает странным, когда, только что желая приготовить из своего недруга отбивную на косточке, Коди делается спокойным, ироничным и легко воспринимает нападки. А возможна и обратная ситуация – огонь непостоянен, и ирония может перейти в дерзость вплоть до откровенного хамства. Не все драконы всегда безукоризненно вежливы…
Обожает спорить, полагая, что только в спорах рождается истина. Не боится небольшого жульничества, особенно, чтобы избегнуть больших осложнений в какой-нибудь области. Легко заводит приятелей, но с большим трудом – друзей, способен вступиться за любого обиженного в радиусе пяти километров, невзирая на чины и звания – и кто встанет поперек дороги дракону?
Когда-то, тысячи лет назад, огонь раскрасил красным его чешую, и с тех пор Коди несет в себе его отпечаток.
Вредные привычки
В дурном настроении подвержен сквернословию, иной раз заворачивая такие конструкции на смеси драконьего и человеческого языков, что уши сворачиваются в трубочку даже у бывалых морских волков, причем при этом не чурается богохульства. Для драконов, огромное значение придающих словам, такое, мягко говоря, необычно.
Ненавидит несправедливость. Это вредная привычка, по крайней мере, для здоровья. За сгоревший (без свидетелей) наркопритон со всеми постояльцами ответственен именно он. И за таинственное исчезновение всех рабов с одной подозрительной шхуны – тоже. Количество наведенных точно на цель полицейских перевалило уже за полтора десятка. Когда-нибудь Коди доиграется в справедливость, но пока это срабатывало.

Род занятий
«Больной на голову человек, который отгрохал мастерскую размером с завод и страдает в ней одна Праматерь знает какой фигней! Да еще и деньги за это ухитряется получать!» - так (отцензуренно) охарактеризовал его деятельность один чрезмерно горластый столичный чиновник.
«Инженер-советник первого ранга Императорского управления механики и техномагии» – так звучит его должность на официальном языке. Означает, что, если что-то где-то пойдет сильно не так, то вызывают его, чтобы разобрался и объяснил, в чем там дело… А лучше бы и починил, особенно, если там опасно. Драконы, они прочные.

Биография

Я играю с огнем, он живет в железной бочке…
(с)Алькор.

Когда и где родился этот дракон, не знает даже он сам. Попытки узнать что-то о своем прошлом у сородичей ни к чему не привели, никто не вспомнил черного дракона с красным узором на чешуе. Может быть, это и к лучшему, Коди не знает. Все воспоминания о том, что было до спячки, свелись к тому, что желание заснуть застало его в полете, он нашел первую попавшуюся пещеру и, запечатав раскаленными до вязкого состояния камнями выход, предался на волю Создателя.
Все, что было дальше в этом мире, прошло без его участия. Сменялись религии, государства, вырастали и рушились города, а черный дракон спал в своем склепе, дыша раз в полтора месяца. Его метаболизм едва работал, огонь, горевший ранее в крови, превратился в едва тлеющий уголек. А время шло, и река, текущая неподалеку, вымывала горную породу, и заодно потихоньку меняла русло. И однажды она вымыла в пещере дырочку, и вода, полившись внутрь и стекая через другие отверстия, образовала водопад, не затронув, правда, спящее существо. Еще через несколько сотен, а может, и десятков лет, местный крестьянин со своей собакой забрался в пещеру через эту дыру, спасаясь от разбойников. Дракона, засыпанного тысячелетней пылью, он не заметил, а вот собака заметила, и с громким лаем подскочила к полуоткрытой пасти. Острые зубы впились в чувствительный язык.
Апокалипсис местного значения, начавшийся мгновением позже, вошел в летописи нескольких ближайших деревень. Никогда не будите игниссера, проспавшего полторы-две тысячи лет, в одно мгновение. Драконы не очень быстро копят энергию, но этого времени даже самому слабому из них хватит на очень впечатляющий заряд. Коди самым слабым не был, и собачка испарилась вместе с частью потолка – и, по счастливой случайности, с большей частью разбойников, как раз сунувшихся внутрь. Какая там оформленная магия, это был просто вопль разбуженного существа, но этого хватило. Бедный мужик выжил, отделавшись термической эпиляцией всей растительности на теле. А дракон, прочихавшись от дыма и пыли, выбрался из пещеры и крепко закусил принадлежавшим деревенскому старосте стадом. Когда валяешься без еды столько лет, поневоле перестанешь смотреть на приличия, даже если ты дракон и живешь вечность. Вернувшись к своему временному дому, черный игниссер к своему удивлению обнаружил, что мужик не только не ушел, но и накинулся на него – дракона! Тринадцатиметровое воплощение боли и смерти для рядового обывателя! – с топором. Выяснилось, что он мстил за собаку, к которой был привязан. Дракон так расчувствовался, что одарил оставшегося в процессе мести без ноги бедолагу одним из двух мечей, когда-то запертых вместе с ним в пещере. Тогда он еще толком не помнил, что это за мечи и откуда они тут взялись. А заодно и взял себе имя испепеленного им пса – Коди.
Разузнав у напуганного до полусмерти старосты, что в этом мире да как, а заодно извинившись за коров, вроде как новорожденный дракон серьезно призадумался. Настолько серьезно, что крышу старосте пришлось чинить – стихия еще мстила своему сыну за долгое забытье, плохо подчиняясь. Выходило, что много сотен лет про драконов и слышно не было, его сородичи давно остались лишь персонажами маловразумительных легенд и мифов. Что же, раз так, то проснувшемуся дракону предстояло выживать в мире, целиком занятом людьми. Превращаться он не разучился, да и какие-то обрывки старых умений у него остались, хотя до сих пор, заклиная огонь, Коди чувствует себя инвалидом, заново учащимся ходить.
Следующие полторы сотни лет дракон заново узнавал мир. Он успел объехать, а иногда и облететь половину Империи, узнать нравы нынешних людей и поближе познакомиться с техномагией, на которой просто помешались двуногие прямоходящие. Кто-то из встреченных сородичей сказал ему, что драконы рождены, чтобы творить, и Коди ухватился за эту фразу, чтобы хоть как-то заполнить чувствующуюся внутри пустоту. Он выучился и традиционной нумерологии, и только развивающейся математике, чтобы познать то, как творят люди, учился у видных инженеров того времени, совершавших прорывы в техномагии и механике. Что поделать, если его живущая огнем натура видела истинную красоту в дышащих жаром машинах, а не в, скажем, гораздо более спокойной живописи. 
В процессе изучения Коди загорелся мечтой, исполнению которой и посвятил всю дальнейшую жизнь. Драконы от природы умеют летать, многие учатся этому раньше, чем ходить. А все остальные? Неужели люди, двудушники и все прочие так и будут всю историю ползать по земле, как муравьи? Это было несправедливо, и Коди поклялся подарить крылья каждому, кто того захочет. Это было опрометчивое решение…
Казалось бы, драконы – прирожденные творцы, но, то ли Коди оказался неправильным драконом, то ли задача, взваленная им на плечи, оказалась слишком велика. Попытки подражать птицам – и себе самому – провалились в буквальном смысле с треском, ветер, покорный драконьим крыльям, отказывался держать в небе летательные аппараты. После падения одного из них на летний дом бургомистра Коди пришлось переезжать.
Переезд следовал за переездом, как неизбежная плата за примитивность техники. Медленно, но верно дракон понял, что для продолжения работы нужны человеческие деньги, и пустил часть своих сил на инженерное дело, нанимаясь для местных управ архитектором, механиком, советником по научной части, кем угодно. Таким макаром он добрался до имперской столицы, Аккада, потратив на это больше двух сотен лет, и скопил достаточно денег, чтобы построить на окраине города мастерскую, дом и огромный, размером с морской док для строительства двухсотвесельного корабля, крытый эллинг для создания очередного своего замысла. На этом деньги закончились, и пришлось снова переключаться на наемную работу, усаживаясь за свои чертежи только по вечерам. Благо, драконы спят мало – наверное, отоспались за столько-то лет.
Кстати, меч, который когда-то был подарен им деревенскому мужичку, ныне хранится у императорской династии в Аккаде. Оказалось, скован и закален он был в драконьем пламени четыре тысячи лет назад, и потому является одним из величайших клинков мира. А брат-близнец этого оружия болтается в простых ножнах и оправе, украшенной только кожей, на боку своего создателя, не подозревающего об этом, скрывая Праматерь знает какие тайны.

Магия
Стихия Огня.

Магический ранг
3.

Заклинания
Отсутствуют как таковые.

Физический ранг
2. Как искусству, учится фехтованию, стараясь совмещать его с заклинательством.

Личное звание
Как это работает?

Связь
Skype – kom-kod
Еще через Малибу меня можно пнуть, если я куда-то вдруг денусь.

Пробный пост
Ошибка в расчетах.
Он всегда испытывал то, что создавал, на себе. Подвергать опасности жизни людей не хотелось, ведь, если окинуть критическим взглядом, его работа была далека от совершенства... Но дракон старался изо всех сил. Расчеты заняли больше месяца, еще полгода ушло на материалы и постройку, и вот теперь его второй аппарат гордо раскинул крылья на краю обрыва, готовясь к первому в своей жизни полету.
Коди отступил на пару шагов от конструкции и утер грязной тряпкой пот со лба. Игниссерам должна нравиться жара, разве нет? Правда, именно сейчас хотелось почему-то в тень, к прохладе и свежей воде... А лучше всего в небо, там-то никогда не бывает жарко.
Беспокойство изобретателя известно каждому, кто хоть раз в жизни пытался сконструировать что-то серьезнее мухобойки. Коди оно мучило особенно жестоко, ведь первый аппарат сейчас частично лежал в мастерской, а частично - внизу, на дне этого самого обрыва. Тогда он счел, что неверно просчитал сопротивляемость боковому ветру - и потому эта машина должна была стать пилотируемой. Вроде бы все готово. Но все-таки...
Следующие полчаса дракон провел под полотняным навесом, служившим ему временным пристанищем, углубившись в записи. Перо летало между чернильницей и бумагой, создавая сложные трехмерные конструкции, которые надо было еще раз просчитать. Почетное место под локтем Коди занимало объемистое сочинение Иноклида Маджиритского "Основы мерности", которое последний год служило игниссеру настольной книгой.
- Потеря скорости от лобового сопротивления корректируется дополнительной маховой силой, - бормотал дракон, на ходу выводя на бумаге зависимость этой самой силы от скорости аппарата. Выходило неутешительно мало, но должно было хватить, чтобы хотя бы долететь до ближайшей деревушки и приземлиться на ровное поле с пшеницей. Про то, что скажут на это крестьяне, игниссер старался не думать, как и про то, как далеко придется уносить ноги от религиозно настроенных местных жителей после. Главное - довести до конца эксперимент.
"Если, конечно, Иноклид прав и там должен стоять плюс... Брр. Я люблю летать, но не настолько."
Встряхнувшись всем телом - неизжитая еще привычка истинной формы - Коди поднялся и нарочито легкими шагами пошел к аппарату, на ходу натягивая перчатки. Когда он в первый раз испытывал эту штуку, еще на земле, то до мяса стер руки и сломал два когтя, дергая за рычаги.
Уже сидя на шатком сиденье внутри и держа одну руку на маховом рычаге, а другую на кнопке разгонной баллисты, игниссер все еще продолжал прогонять в голове свои рассчеты. К несчастью, он списал это не на природное чутье неправильного, присущее всем его сородичам, а на беспокойство изобретателя.
- Поехали!
Баллиста распрямила плечи, за одну секунду выстрелив здоровенный аппарат в небо. Человек бы орал от ужаса, испытывая эти ощущения впервые, но для Коди это было всего лишь привычное чувство полета, и он изо всех сил заработал рычагами, смутно жалея об отсутствии хвоста, которым можно упираться в пол. Широкие крылья аппарата пришли в движение, сильными взмахами поднимая его в небо... Точнее, они должны были его поднимать.
Теперь дракон это отчетливо видел. Самая глупая ошибка в его жизни... в его новой жизни - точно. Задумавшись о знаках, он не учел того, что его собственные крылья складываются, поднимаясь, а тут...
"Подъемная сила... обращается в ноль! Приехали..."
Машина падала. Камни внизу теперь казались куда острее, чем на самом деле. Умирать прямо сейчас не хотелось. Ничего другого игниссеру не оставалось, и он из последних сил отчаянно воззвал к родной стихии. Благо, солнце светило ярко, и стихии вокруг было много. Махокрылый аппарат исчез во вспышке холодного пламени, а черный дракон расправил крылья, тормозя свое падение. Полностью сделать это не получилось, и Коди знатно хряпнулся о камни. Будь там какие-нибудь шипы - так бы и нанизался. С трудом приподняв тяжеленную и болящую голову, дракон взглянул одним глазом на солнце.
- Записать... Махолеты... бесперспективны.

Пройденные квесты
Отсутствуют.

© Copyright RPG Tuolordis
http://forum.tuolordis.ru/uploads/0003/e1/67/12062-3.gif

Отредактировано Коди (19.08.13 00:46:39)